• livan

Этические изменения в поведении славянских верующих

В эти смутные времена меня тревожат практические вопросы, потому что люди сегодня недостаточно чувствуют импульс мира, в котором они живут. Я попытаюсь изложить свои мысли кратко. Скорее всего, они прозвучат в таком грустном тоне. Т.е. не будет мажорной тональности.


Несмотря на внешние, кажущиеся, организованные глобально- централизованно христианство, оно понимает, что наша вера нуждается в реформации, в пробуждении, и как Бердяев писал: «Христианство стало хилым, дряхлым, и перестало быть совестью общества сама церковь». Это, конечно же, грустное заявление, но, в конце концов, мы все понимаем, что антихриста победит Христос! Это посыл книги Откровения, мы в это верим, будет восхищаемая церковь, но вместе с тем наши поместные общинные собрания, если невооруженным глазом просканировать, они достаточно нуждаются в каком-то исцелении и лечении.


Готовясь к презентации, буквально сегодня утром добавил два слайда. Вспомнился мне Дмитрий Мерешковский, его книга «Иисус неизвестный» и Филип Янсе «Иисус, которого я не знал». Складывается ощущение, что между полем нашего богословского, теологического знания, нашими декларациями, которые мы можем сформулировать, нашими концепциями, и между полем плодов, которые Господь хотел бы видеть в нашей жизни, плодов Духа, влияния на мир, нравственной внутренней чистоты, посвященности - существует, ну если не пропасть, то, по крайней мере, некая такая серьезная разница. Это то, что меня тревожит. Я не буду выражать сейчас свое неоднозначное отношение к Мерешковскому, к Филипу Янсе, но вот мысль, которая звучит в их книгах, она мне очень близка: «Горе наше в том, (возможно, горе наших семей, церквей), что за столетия мы привыкли к букве, мы привыкли к Слову». Мерешковский писал о том, что мы настолько привыкли к этому, что оглохли, ослепли к ним окончательно. Поэтому познать Иисуса на личном уровне, которого мир не узнал, не принял, не познал - это наша главная задача, главная ответственность. Потому что антихрист – это не тот, кто будет против агрессивно явно. Антихрист – это кажущийся Христос, это псевдо Христос. Это тот, кто вместо Христа приходил, приходит в виде маленьких антихристов или его клоунов, как я выражаюсь для разнообразия. И вот в этом трагедия современного человека, современной церкви, что образ Христа, который только Духом можно почувствовать, который Дух Святой может открыть человеку через глубокую сверхъестественную линию, и мы уподобляемся Ему. Только эта главная задача должна сегодня стоять перед христианами. Поэтому, прежде всего, мой тезис в том, что нужно возвращать образ Иисуса в наши церкви, в наши семьи.



Вторая мысль, которой я хотел бы поделиться, сошлюсь на Павла Флоренского, которого называли ученным в рясе. Советская Россия, 1923 год, он пишет по всей вероятности из лагеря, где были представители разных деноминаций. Пишет статью «Христианство и культура». В ней есть тезис, который он сформулировал, ставил диагноз христианскому миру того времени. Но мы можем сегодня это каким-то образом применить к анализу духовного состояния наших поместных общин. И неважно – это в Африке, Европе, в Северной Америке. Христианский мир, если мы будем достаточно честны, он действительно сегодня не имеет единство Духа, единства о, котором молился Иисус Христос «Да будут все едины». Флоренский писал о том, что он не имеет активности Христа, и самое страшное не имеет мужества и чистосердечие признать «гнилости своей веры». Т.е. вот этой внутренней убогости, не посвященности. Видимо Флоренский, будучи честным человеком, несмотря на свои православные глубокие убеждения, за которые он был расстрелян в 1937 году на Соловках, он все - таки честно озвучивал то, что видит, то, что слышит. И никакая церковная канцелярия, никакая бюрократия, никакая дипломатия не вдохнет единство веры и любви там, где нет его. Поэтому те вопросы, которые мы поднимаем, вопросы интерпретации Библии, восприятия Библейского текста – это очень серьезные вопросы, потому что от неправильного толкования, неправильного восприятия рушатся церкви. И даже во времена пандемии мне прислали друзья болезненный видео сюжет церкви. Братья служители в масках, славяне толкнули брата, он упал, вызывают скорую помощь. Стыдно, страшно и больно. Просто больно из-за того, что на фоне наших концепций, на фоне наших доктрин, нет элементарного понимания, что без любви это все ничто. И я думаю, что не только Флоренский, многие богословы отмечали внутреннее скрытое состояние церквей своего времени. Мы должны сознаться, что не те или другие различия учений, обряда, церковного устройства, служат истиной причиной раздробление христианского мира, а глубокое взаимное недоверие в основном в вере во Христа.


И вот здесь вновь христоцентричность, возвращение нас к глубокому, духовному единению с Христом. Потому что ведь первые христиане во времена гонений они находились в контексте поле культурном, в контексте многобожия, времена были очень смутные, Евангелия еще не были написаны. Что их держало? А вот то о чем упомянул Сергей Викторович Санников «Когда Он придет, Дух Святой, Он наставит вас на всякую истину». На мой взгляд, восприятие Библейского текста невозможно без познания автора этой книги. Автора, который написал ее, вдохнул то, что необходимо всем нам. Один из священников, священник - поэт, он по поводу богословия написал интересны строки:

А знание без опыта - дурман,

И дьявол в богословии силен.

Никчемно слово страстного ума

Коль богослов гордынею пленен.

И потому повсюду разнобой.


Мы можем этот перечень сформулировать так: конфессии, деноминации. Сколько союзов сегодня в Украине только пятидесятнических? Что делят братья? Разве разделился Христос?

Когда мы говорим о контексте, или о том, что нужно через линзы определенного контекста просматривать букву, хочется добавить, как было бы хорошо, чтобы люди были просвещены, исполнены Святым Духом, через духовные линзы смотрели в текст. И я думаю, что нам надо обращать на все эти вещи внимание. Аналогичный подход озвучила поэтесса Маргарита Коломийцева. У нее есть стих «Бог - кальвинист или арминианин?» Мы можем это перефразировать «Бог - пацифист или умеренный милитарист?» или может быть не последовательный пацифист? Как, наверное, я? Он пятидесятник? Он баптист? Он православный? И вы знаете, становится страшно. Есть удивительные исследования одного из журналистов, когда дети пишут Богу письма: «сколько же вас богов там, на небе?», - спрашивает малыш? Как же нам разобраться в этом широком спектре? Поэтому я уверен в том, что нам надо серьезно относиться к духовной основе нашей веры, нашего бытия.




Ричард Нибур – североамериканский знаменитый богослов, еще в те годы до сексуальной революции, до информационной революции, писал в книге «Христос и культура» о том, что либеральные церкви спрятали свой свет под сосудом современной культуры, приспособленчество, конформизм. Несмотря на то, что он человек широких взглядов, центрист, не крайний левый, не крайний правый, не пацифист, не милитарист, просто анализирует состояние ментальности христианского мира. Так вот приспособленчество к предрассудкам церкви затушевывает коренные особенности христианской морали, веры, которые были основаны на том, что человек соединялся с Христом, что все невидимые, мистические процессы они срабатывали так, что домохозяйка, старушка, какой-то конюх, кокай-то пастух овец, который спился, он вдруг через веру преображался. И поэтому мы сегодня наблюдаем, что на постсоветском пространстве, что в Германии серьезный ущерб семьям. Деградация нравственных ценностей, нравственный градус понизился, потому что мы чересчур охотно идем навстречу современной культуре, вторично искусственной среде, которая всегда в силу неверных духовных истоков, как А. Мень писал, что «дух рождает». Мы всегда имеем опасность удалиться от Господа и поэтому сегодня много есть поместных общин, лишенных жизни и формируется обезбожиная религия.


Мы можем возвратиться в совершенно иной контекст. Евсевий Памфил Кесарийский (церковная история) пишет о формах, о симптомах ухода от смиренного, искреннего, посвященного служения. Мы говорим о внешней форме, богопоклонении. Какая она? Поток горьких лжехаризматических вод хлынул на постсоветские пространства. Кто-то с этим боролся, кто-то устоял, а кто-то поддался. И сегодня многие церкви больше похожи на какие-то в лучшем случаи организации, а в худшем – театр абсурда и цирк, цирк и поношение для многих мирских мыслящих людей. Посмотрите, о чем он пишет еще на заре развития христианства: «Служитель церкви, читающий Священное Писание, церковные собрания превратил в диковинные представления. Он хлопает рукой по бедру, а что здесь проблемного? Он топает ногами на кафедре». Если перечитывать контекст Евсеева, то автор делает акцент на том, что многие служители того времени уже давно потеряли связь с Господом. И он бил тревогу. Один из моих друзей говорил: «Уважаемые, прошу не путать миссию с туристическими поездками» (Это как пример замены ценностей). «Прошу не путать дома молитвы со спортивными клубами». Я всю жизнь занимаюсь спортом и приветствую физические упражнения, которые хоть и малополезны, но во временной жизни нам нужны. Но сколько сегодня домов молитвы и североамериканских, и европейских превратились в клубы аэробики. И это сплошь и рядом.


Я уже приводил цитату из книги Боба Рассола, когда Бог созидает церковь. Он приводит случай из жизни одного христианина, который рассказал ему о двух разочарованиях. Одно было в детстве, а другое, когда стал взрослым. В город приехала палатка, шатер, и мальчик подумал, что приехал цирк. Он обрадовался, вбежал внутрь и вдруг разочарование, а там говорят о Боге, там евангелист проповедует, поются гимны, и он, как «пацан», не понимая еще важности этой веры - ушел. А затем, он говорит, в моей взрослой жизни наступило страшное разочарование. Я пришел в церковь, надеясь услышать там о Боге, увидеть проявление Святого Духа, благодати, потому что цирка, развлечений, увеселений было в моей жизни очень много. Пришел в церковь, надеясь услышать проповедь о Боге, но вместо этого там был цирк. Вот это то, что происходит сегодня в западном христианстве к глубокому сожалению.


Я был в Берлине, и с ужасом заходил в церкви, которые превращены в музей. Мы же все видим эти тенденции, что происходит и хочется, чтобы наш этот круглый стол, сравнительный анализ, позволил увидеть, а было ли все-таки что-то ценное когда-то в дедовской, пуританской Америке или даже в Советской России, в Украине? И вот я вспомнил статью, которую читал. По-моему, Виктор Рягузов взял интервью у Джона Мак-Артура, который посетил наши постсоветские страны в начале 21 века, я бы очень хотел, чтобы он не ошибался, и вот у него интересные строки: «Славянские церкви лишены притворства, лишены показухи, жаждут познания Библейских истин, поклонение у них отличается простотой, естественностью, сосредоточенностью на Евангелии точно так, как в Деяниях Святых Апостолов, Библейская проповедь, покаяние в грехе, вера во Христа, послушание Слову Божьему, любовь друг к другу, и преданность истине пред лицом многих заблуждений». Представляете, какую оценку, какой бенефит дает нам Мак-Артур! И дальше он анализирует североамериканские тенденции, как пришел цивилизованный, западный мир к таким компромиссам «хитроумные уловки, поверхностность, человеко центричность испортили много западных церквей. Тот мой первый опыт общения с русскими церквами побудил меня серьезнее задуматься о проблемах западного прагматизма, именно в этом отрицательном смысле и о причинах, которые привели так много американских церквей к компромиссу. В своей книги «Стыдящийся Евангелие», которая вышла в 1992 году, я выразил свое беспокойство тем, что западное Евангельское христианство сбилось с пути. Ни все, восхищаемая церковь будет. Границы истиной церкви невидимы, ведомы одному Богу. Но вот что происходит с поместными церквами. Когда я проезжал в Беркле, где мои две дочери обучаются, я наблюдал за церквами, в этом городе, в самом либеральном университете мира и в самом либеральном мировом эпицентре. Я смотрел на радугу, что когда-то было символом завета Божьего, шесть цветов, и это на церкви». Вот это и есть антихрист, который псевдо Христос, который в сладкой теологии - мы всех принимаем, и это по всей практически Европе и по Западному миру. Поэтому, когда мы говорим о том, что западные церкви могут многому научиться у русских братьев, цитируя Джона Мак-Артура, то подчеркиваем, что славянское богословие, я вспоминаю свое детство, свою семью - пример подлинной цены следованием за Христом. Я был мальчиком во втором классе, и учительница унижала мена, оскорбляла, она говорила мне о том, что я должен повесить звезду с Владимиром Лениным. Что давало мне силу, какое богословие, какие богословские линзы? Это было присутствие Бога, Духа Святого в моем доме. Моя мама, мой папа показали мне Христа. И вот мы видим сегодня разницу. Поле знание, система образования, но вместе с тем мы видим серьезная потеря тех главных ценностей, которые были всегда в христианстве. Поэтому и Мак-Артур еще в 2009 году писал, что трудные времена для церкви на западе возможно уже не за горами. Поверьте, они наступают прямо сейчас и не только в США, но и в других странах мира.


Мне бы очень хотелось, чтобы наше понимание Библии было не только на уровне интеллекта, познания, рационального осмысления, но на уровне нашего Духа. Однажды я слышал историю, как два человека прочитывали Псалом 22. Один прочитал, люди прослушали, реакция была благодарственная. Высокий слог, интонирование. Другая женщина прочитала так, что все заплакали. Все сокрушились и захотели стать другими. Какая разница? Эта женщина знала автора этого псалма, она всеми фибрами души пропиталась по жизни пониманием этого Псалма.

Поэтому, дай Бог, чтобы в наших поместных церквах и на постсоветском пространстве и на североамериканском было реальное присутствие Духа Божьего, Божественной любви, которая соединяла бы нас. И тогда все теоретические изыскания, понимания будут только дополнять, усиливать наши церкви и наши семьи.

15 просмотров

Недавние посты

Смотреть все

Slavic Theological Collegium

Славянская Богословская Коллегия

 Являться свежим источником учения и практического применения для каждого верующего исповедующего Единый Символ Веры